![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
ingwallПоняв недавно, что ещё ни разу не выходил из Нью-Йорка пешком, в прошлую субботу я решил сделать именно это - приехать на конечную станцию метро в Бронксе, и через парк им. тов. Ван Кортланда выйти на мой любимый Старый Акведук.
Начало тропы я пропустил, и вынужден был около полутора миль тащиться по лесополосе вдоль трассы, что мне не слишком понравилось. Но потом таки вышел на путь истинный. Первая миля тропы очень красивая, а вот потом нужно довольно долго идти через центр городка Йонкерс, где ничего хорошего нет, да и после того тропа там основательно замусорена. Но потом я пришёл в то место, до которого уже как-то доходил с другой стороны.
Я уже писал как-то о неизвестно куда ведущих воротах, украшенных барельефом льва и безголовой лошади, что находятся на Старом Акведуке. В субботу я решил-таки сквозь них пройти и посмотреть, что там. И не пожалел.
Сразу за воротами - развалины какой-то каменной лачуги, расписанной граффити. Ощущение там было интересное - постоянно вспоминался сериал "C.S.I.: Место преступления" и думалось, что это было бы подходящее место, чтобы найти труп, так что я постоянно принюхивался. Однако ничего, кроме небольшого количества мусора, там не было.
Надо мной возвышалось какое-то странное сооружение: что-то вроде круглой беседки с торчащими из неё двумя колоннами. Туда вела довольно крутая тропа, подниматься по которой без палки было непросто. Но я туда залез...
...и попал в одно из самых странных и волшебных мест, в каких мне приходилось бывать за последние несколько лет - освещённый ярким полуденным солнцем заброшенный парк.
Прямая, как стрела, белая каменная дорога вела вверх, к закрытым на висячий замок воротам, за которыми виднелся совсем другой парк - классического стиля, с симметричными клумбами, совершенно целой беседкой и фонтаном. Вообще выйти из этого места, похоже, было можно только тем путём, которым я сюда пришёл.
Справа от дорожки был невысокий каменный парапет, образовывавший кольцо, внутри которого паслись четыре оленя. Я остановился посмотреть на них, и когда случайно повернул голову, увидел, что со стороны запертых ворот ко мне приближается небольшой человек с густой чёрной бородою.
- У них не осталось больше лесов, - сказал он, указывая на оленей, - вот они и приходят сюда. Их тут четверо, я их знаю.
- Что это за место? - спросил я.
Бородач мне охотно объяснил, что когда-то это было частью поместья какого-то богача, которого раскулачили в революцию 1776-го года, и на месте которого, не богача, а поместья, и вырос впоследствии вышеупомянутый Йонкерс. а теперь это парк, за которым, типа, следит городская управа Йонкерса, но следит, как можно видеть, хреновенько. В наружном парке, случается, устраивают свадьбы и банкеты, а этот совсем заброшенный.
Мы спустились с ним к беседке, откуда открывался замечательный вид на Гудзон и скалы Нью-Джерси.
- А что там внизу? - спросил я своего собеседника.
- Там, - он слегка помрачнел, - собирались в семидесятые годы сатанисты из культа, к которому принадлежал серийный убийца Сын Сэма. Я обычно советую людям не ходить туда по ночам.
- Да, - согласился я, понимая, почему мне там так настойчиво мерещились трупы, - ночью там должно быть неуютно.
Мы поговорили ещё немного - о погоде, о Старом Акведуке, о пролетевшем недавно урагане, и я решил, что пора мне идти дальше.
- Я пошёл обратно вниз, - сказал я ему.
- А я пойду обратно наверх, - отозвался он.
Я отошёл сделать пару снимков колонн, возвышавшихся посреди сухого кустарника неподалёку. Когда я обернулся, моего собеседника уже нигде не было.
Начало тропы я пропустил, и вынужден был около полутора миль тащиться по лесополосе вдоль трассы, что мне не слишком понравилось. Но потом таки вышел на путь истинный. Первая миля тропы очень красивая, а вот потом нужно довольно долго идти через центр городка Йонкерс, где ничего хорошего нет, да и после того тропа там основательно замусорена. Но потом я пришёл в то место, до которого уже как-то доходил с другой стороны.
Я уже писал как-то о неизвестно куда ведущих воротах, украшенных барельефом льва и безголовой лошади, что находятся на Старом Акведуке. В субботу я решил-таки сквозь них пройти и посмотреть, что там. И не пожалел.
Сразу за воротами - развалины какой-то каменной лачуги, расписанной граффити. Ощущение там было интересное - постоянно вспоминался сериал "C.S.I.: Место преступления" и думалось, что это было бы подходящее место, чтобы найти труп, так что я постоянно принюхивался. Однако ничего, кроме небольшого количества мусора, там не было.
Надо мной возвышалось какое-то странное сооружение: что-то вроде круглой беседки с торчащими из неё двумя колоннами. Туда вела довольно крутая тропа, подниматься по которой без палки было непросто. Но я туда залез...
...и попал в одно из самых странных и волшебных мест, в каких мне приходилось бывать за последние несколько лет - освещённый ярким полуденным солнцем заброшенный парк.
Прямая, как стрела, белая каменная дорога вела вверх, к закрытым на висячий замок воротам, за которыми виднелся совсем другой парк - классического стиля, с симметричными клумбами, совершенно целой беседкой и фонтаном. Вообще выйти из этого места, похоже, было можно только тем путём, которым я сюда пришёл.
Справа от дорожки был невысокий каменный парапет, образовывавший кольцо, внутри которого паслись четыре оленя. Я остановился посмотреть на них, и когда случайно повернул голову, увидел, что со стороны запертых ворот ко мне приближается небольшой человек с густой чёрной бородою.
- У них не осталось больше лесов, - сказал он, указывая на оленей, - вот они и приходят сюда. Их тут четверо, я их знаю.
- Что это за место? - спросил я.
Бородач мне охотно объяснил, что когда-то это было частью поместья какого-то богача, которого раскулачили в революцию 1776-го года, и на месте которого, не богача, а поместья, и вырос впоследствии вышеупомянутый Йонкерс. а теперь это парк, за которым, типа, следит городская управа Йонкерса, но следит, как можно видеть, хреновенько. В наружном парке, случается, устраивают свадьбы и банкеты, а этот совсем заброшенный.
Мы спустились с ним к беседке, откуда открывался замечательный вид на Гудзон и скалы Нью-Джерси.
- А что там внизу? - спросил я своего собеседника.
- Там, - он слегка помрачнел, - собирались в семидесятые годы сатанисты из культа, к которому принадлежал серийный убийца Сын Сэма. Я обычно советую людям не ходить туда по ночам.
- Да, - согласился я, понимая, почему мне там так настойчиво мерещились трупы, - ночью там должно быть неуютно.
Мы поговорили ещё немного - о погоде, о Старом Акведуке, о пролетевшем недавно урагане, и я решил, что пора мне идти дальше.
- Я пошёл обратно вниз, - сказал я ему.
- А я пойду обратно наверх, - отозвался он.
Я отошёл сделать пару снимков колонн, возвышавшихся посреди сухого кустарника неподалёку. Когда я обернулся, моего собеседника уже нигде не было.
