![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
ingwallМалохудожественная реконструкция политической ситуации в Гондоре XX-XXI веках Третьей эпохи.
Со времён гражданской войны XV века в Гондоре родство с королями становится штукой довольно опасной. Короли начинают относиться к родственникам настороженно и недоверчиво: в каждом двоюродном брате им мерещится новый Кастамир. Как мы знаем из истории, многие родственники короля либо бежали в Умбар, либо брали в жёны девушек из коренного населения, лишая таким образом своих потомков права на престол. Ни то, ни другое от хорошей жизни не происходит, так что имеет смысл предположить, что люди короля (а скорее, наверное, люди Наместника) внимательно следили за поведением королевских кузенов и племянников, и когда их поведение становилось подозрительным, давали им об этом знать. Возможно, что случались и настоящие заговоры – вряд ли королевская подозрительность на протяжении пяти веков может быть объяснена исключительно паранойей.
Выбор Наместников из одной и той же семьи, я предполагаю, был не случаен –я уверен, что у рода Наместников не было никаких связей с родом Элроса (поправлено в связи с комментарием ![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
thaliorne ниже - И.К.) род Наместников происходил от королей Нуменора, но не через Элендила, и я уверен, что родниться с родом Элендила было им запрещено: заместитель короля не должен иметь никаких прав на корону. Отличный, кстати, был бы сюжет для гондорского любовного романа – молодой принц, влюбившийся в дочь Наместника, или наоборот.
Наследовавший Ондогеру Эарнил приходился ему четвероюродным братом. Заметим, что он не назван в летописи ни ближайшим родственником короля, ни человеком, имевшим более всех прав на корону. Сказано лишь, что Эарнила признали королём, поскольку он был королевского рода. То есть тут сыграло роль сочетание того, что Эарнил талантливый полководец, одержавший только что победу над вторгшимися в страну захватчиками, и родства его с покойным королём. Если и были на тот момент у Ондогера в Гондоре родственники поближе, они предпочли это не афишировать.
Вернёмся к ситуации с королевской подозрительностью, сложившейся после гражданской войны, и представим себе, каким образом родственник короля мог вернее всего навлечь на себя августейший гнев. У меня не возникает сомнений, что вернейший способ – это выделяться на фоне других: быть слишком хорошим администратором или полководцем, пользоваться популярностью в народе, армии и флоте (как недоброй памяти Кастамир). Эарнил, полагаю, отличался завидной храбростью не только в делах военных – для четвероюродного брата короля тогда военная доблесть требовала немалой доблести гражданской.
А вот, допустим, какой-нибудь троюродный брат короля, справедливо опасаясь, что если он высунется, его стукнут по голове и/или вынудят бежать в Умбар, сидел спокойно у себя в замке и составлял каталог местных растений. Или на скромной придворной должности отвечал за состояние осгилиатской канализации или минас-анорских флюгеров. Другими словами, править страной не умел и не хотел, поэтому, когда о своих правах заявил Эарнил, достал из сундука чистую льняную тряпочку и благоразумно промолчал в неё.
А после того, как Эарнур сгинул в Мордоре, ситуация стала ещё интереснее. Мы имеем ну, скажем, пятнадцать-двадцать претендентов на трон, ни один из которых царствовать не пригоден, но чётко знает, с какой стороны и в каком поколении происходит от королей, и сколько линий родства соединяет его с Элендилом, а сколько – с Ромендакилом. В обществе, где столь серьёзное внимание уделяется чистоте крови, иначе не бывает.
Также в подобном обществе невозможно, на мой взгляд, избежать конфликтов и личной неприязни на почве чистоты крови. К примеру, лорд Мелхуан, имеющий в предках по обеим линиям королей, сидит на дворцовом приеме выше, чем лорд Аратлуг, у которого в предках только один король, зато родство ближе. Но это до тех пор, пока родственник г-на Аратлуга, г-н Улорхал, не был назначен королевским церемониймейстером и не убедил короля, что ситуацию следует поменять. А вот например г-н Лайэтрут был бы знатнее всех трех вышеупомянутых, да увы – прабабка у него гондорская туземка с побережья. И по этому поводу г-н Мелхуан г-на Улорхала и г-на Аратлуга терпеть не может, и пользуется у них полной взаимностью, а г-н Лайэтрут смотрит на их дрязги и скрежещет зубами от зависти.
И вот в такой обстановке Гондор оказывается без короля. И даже без реального претендента на престол, потому что ни Аратлуг, ни Мелхуан, ни Улорхал - не Эарнур, и даже не Кастамир, и к управлению страной непригодны в силу причин, которые я изложил выше. Но если вдруг выскочка Аратлуг все-таки попробует сунуться в короли, то будьте покойны, Мелхуан первый укажет ему на место, даже если ему самому придётся заявить свои права на престол!
И пойдёт заваруха – за Аратлуга вступится влиятельный вельможа Улорхал, у которого найдутся свои враги и соперники, которые встанут на сторону Мелхуана, пойдёт раскол в армии, а там и лорд Салафтелион, и лорд Сультил, и лорд Малентул вспомнят о своих правах, да и старина Лайэтрут посмотрит-посмотрит, плюнет да и сам присоединится к потасовке, изготовив для прабабки отменную фальшивую родословную. А Салафтелион возьмёт, да и позовёт на помощь родственников, которые с тех пор как бежали в Умбар при Калимехтаре, процвели и занимают видные места в тамошнем флоте. Хотя, конечно, при нынешнем раскладе родственники в Умбаре найдутся у половины знатных гондорцев.
Ну и тогда – всё. Гондор разваливается на куски, а подбирают эти куски Умбар и Мордор. А поделать ничего нельзя, потому что для того, чтобы что-либо сделать, требуется король – а никто из высшей знати в короли не годится, и все остальные это отлично знают, и выступят против любого претендента – у них просто выбора не будет. Короче, над страной нависает нешуточная угроза гибели.
И вот представьте себе, на совет этой самой высшей знати, где заседают и Аратлуг, и Малентул, и другие официальные лица, приходит королевский наместник Мардил. А королевского наместника Мардила никто из этих интриганов ни в грош не ставит – наместник и наместник, служил одному государю, станет служить другому. Полезное такое приложение к королевской короне.
«Друзья!» - начинает речь какой-нибудь Мелхуан, - «гондорцы, сограждане! Я собрал вас здесь, чтобы сообщить вам пренеприятнейшее известие: король умер! Как же мы теперь будем без короля? Вот я лично готов возложить на себя тяжкое бремя, и принять корону...»
«Прошу прощения,» - перебивает Мардил, - «с чего это вы взяли, что король умер?»
«Ну как же», - отвечает Мелхуан - «Он же уехал в Минас Моргул и там, разумеется, погиб! Что его, в живых оставят в этом Минас Моргуле, по-твоему?»
«Эту реплику,» - мягко улыбается Мардил, - «мы отметём, как несознательную. Мёртвым короля никто не видел. Свидетелей его гибели у нас нет. Я, как королевский наместник, считаю короля отлучившимся на неопределённое время, и намерен в его отсутствие исполнять свои прямые обязанности, пока король не вернётся. А в обязанности мои, если кто забыл, входит управление государством и командование, кхе-кхе, армией. И повиноваться наместнику в отсутствие короля следует точно так же, как и королю. У кого-то вопросы?»
А никому из этих самых завглавканализацией и старначфлюгеров на самом-то деле власти не надо. И вот видят они, что власть берёт в железные руки человек, из которого с детства готовили управленца и военачальника. Который это дело знает и любит. И который предан Гондору душой и телом, и способен Гондор защищать от любого врага. И испускают эти горе-претенденты на престол большой коллективный вздох облегчения, а лорд Салафтелион чуть в пляс не пускается – так он рад, что воевать ему ни с кем не придётся, а можно спокойно вернуться в свой замок изучать мхи и лишайники.
«Есть один вопрос!» - приподнимается с места Улорхал, - «Как Вас нынче титуловать прикажете? Ваше Замвеличество, или, может, Врио Короля?»
«А вот это незачем,» - морщится Мардил, - «Лорд наместник меня титуловать, как и прежде. Мне чужих титулов не надо.»
Вот таким образом, бескровно и цивилизованно сменилась в Гондоре династия королей – благодаря Мардилу, умному человеку, понимавшему, что главное – ехать, а не шашечки.
А вот почему короля не пошли звать с Севера – это совсем другая история, и я расскажу её немного попозже.
Со времён гражданской войны XV века в Гондоре родство с королями становится штукой довольно опасной. Короли начинают относиться к родственникам настороженно и недоверчиво: в каждом двоюродном брате им мерещится новый Кастамир. Как мы знаем из истории, многие родственники короля либо бежали в Умбар, либо брали в жёны девушек из коренного населения, лишая таким образом своих потомков права на престол. Ни то, ни другое от хорошей жизни не происходит, так что имеет смысл предположить, что люди короля (а скорее, наверное, люди Наместника) внимательно следили за поведением королевских кузенов и племянников, и когда их поведение становилось подозрительным, давали им об этом знать. Возможно, что случались и настоящие заговоры – вряд ли королевская подозрительность на протяжении пяти веков может быть объяснена исключительно паранойей.
Выбор Наместников из одной и той же семьи, я предполагаю, был не случаен –
thaliorne ниже - И.К.) род Наместников происходил от королей Нуменора, но не через Элендила, и я уверен, что родниться с родом Элендила было им запрещено: заместитель короля не должен иметь никаких прав на корону. Отличный, кстати, был бы сюжет для гондорского любовного романа – молодой принц, влюбившийся в дочь Наместника, или наоборот. Наследовавший Ондогеру Эарнил приходился ему четвероюродным братом. Заметим, что он не назван в летописи ни ближайшим родственником короля, ни человеком, имевшим более всех прав на корону. Сказано лишь, что Эарнила признали королём, поскольку он был королевского рода. То есть тут сыграло роль сочетание того, что Эарнил талантливый полководец, одержавший только что победу над вторгшимися в страну захватчиками, и родства его с покойным королём. Если и были на тот момент у Ондогера в Гондоре родственники поближе, они предпочли это не афишировать.
Вернёмся к ситуации с королевской подозрительностью, сложившейся после гражданской войны, и представим себе, каким образом родственник короля мог вернее всего навлечь на себя августейший гнев. У меня не возникает сомнений, что вернейший способ – это выделяться на фоне других: быть слишком хорошим администратором или полководцем, пользоваться популярностью в народе, армии и флоте (как недоброй памяти Кастамир). Эарнил, полагаю, отличался завидной храбростью не только в делах военных – для четвероюродного брата короля тогда военная доблесть требовала немалой доблести гражданской.
А вот, допустим, какой-нибудь троюродный брат короля, справедливо опасаясь, что если он высунется, его стукнут по голове и/или вынудят бежать в Умбар, сидел спокойно у себя в замке и составлял каталог местных растений. Или на скромной придворной должности отвечал за состояние осгилиатской канализации или минас-анорских флюгеров. Другими словами, править страной не умел и не хотел, поэтому, когда о своих правах заявил Эарнил, достал из сундука чистую льняную тряпочку и благоразумно промолчал в неё.
А после того, как Эарнур сгинул в Мордоре, ситуация стала ещё интереснее. Мы имеем ну, скажем, пятнадцать-двадцать претендентов на трон, ни один из которых царствовать не пригоден, но чётко знает, с какой стороны и в каком поколении происходит от королей, и сколько линий родства соединяет его с Элендилом, а сколько – с Ромендакилом. В обществе, где столь серьёзное внимание уделяется чистоте крови, иначе не бывает.
Также в подобном обществе невозможно, на мой взгляд, избежать конфликтов и личной неприязни на почве чистоты крови. К примеру, лорд Мелхуан, имеющий в предках по обеим линиям королей, сидит на дворцовом приеме выше, чем лорд Аратлуг, у которого в предках только один король, зато родство ближе. Но это до тех пор, пока родственник г-на Аратлуга, г-н Улорхал, не был назначен королевским церемониймейстером и не убедил короля, что ситуацию следует поменять. А вот например г-н Лайэтрут был бы знатнее всех трех вышеупомянутых, да увы – прабабка у него гондорская туземка с побережья. И по этому поводу г-н Мелхуан г-на Улорхала и г-на Аратлуга терпеть не может, и пользуется у них полной взаимностью, а г-н Лайэтрут смотрит на их дрязги и скрежещет зубами от зависти.
И вот в такой обстановке Гондор оказывается без короля. И даже без реального претендента на престол, потому что ни Аратлуг, ни Мелхуан, ни Улорхал - не Эарнур, и даже не Кастамир, и к управлению страной непригодны в силу причин, которые я изложил выше. Но если вдруг выскочка Аратлуг все-таки попробует сунуться в короли, то будьте покойны, Мелхуан первый укажет ему на место, даже если ему самому придётся заявить свои права на престол!
И пойдёт заваруха – за Аратлуга вступится влиятельный вельможа Улорхал, у которого найдутся свои враги и соперники, которые встанут на сторону Мелхуана, пойдёт раскол в армии, а там и лорд Салафтелион, и лорд Сультил, и лорд Малентул вспомнят о своих правах, да и старина Лайэтрут посмотрит-посмотрит, плюнет да и сам присоединится к потасовке, изготовив для прабабки отменную фальшивую родословную. А Салафтелион возьмёт, да и позовёт на помощь родственников, которые с тех пор как бежали в Умбар при Калимехтаре, процвели и занимают видные места в тамошнем флоте. Хотя, конечно, при нынешнем раскладе родственники в Умбаре найдутся у половины знатных гондорцев.
Ну и тогда – всё. Гондор разваливается на куски, а подбирают эти куски Умбар и Мордор. А поделать ничего нельзя, потому что для того, чтобы что-либо сделать, требуется король – а никто из высшей знати в короли не годится, и все остальные это отлично знают, и выступят против любого претендента – у них просто выбора не будет. Короче, над страной нависает нешуточная угроза гибели.
И вот представьте себе, на совет этой самой высшей знати, где заседают и Аратлуг, и Малентул, и другие официальные лица, приходит королевский наместник Мардил. А королевского наместника Мардила никто из этих интриганов ни в грош не ставит – наместник и наместник, служил одному государю, станет служить другому. Полезное такое приложение к королевской короне.
«Друзья!» - начинает речь какой-нибудь Мелхуан, - «гондорцы, сограждане! Я собрал вас здесь, чтобы сообщить вам пренеприятнейшее известие: король умер! Как же мы теперь будем без короля? Вот я лично готов возложить на себя тяжкое бремя, и принять корону...»
«Прошу прощения,» - перебивает Мардил, - «с чего это вы взяли, что король умер?»
«Ну как же», - отвечает Мелхуан - «Он же уехал в Минас Моргул и там, разумеется, погиб! Что его, в живых оставят в этом Минас Моргуле, по-твоему?»
«Эту реплику,» - мягко улыбается Мардил, - «мы отметём, как несознательную. Мёртвым короля никто не видел. Свидетелей его гибели у нас нет. Я, как королевский наместник, считаю короля отлучившимся на неопределённое время, и намерен в его отсутствие исполнять свои прямые обязанности, пока король не вернётся. А в обязанности мои, если кто забыл, входит управление государством и командование, кхе-кхе, армией. И повиноваться наместнику в отсутствие короля следует точно так же, как и королю. У кого-то вопросы?»
А никому из этих самых завглавканализацией и старначфлюгеров на самом-то деле власти не надо. И вот видят они, что власть берёт в железные руки человек, из которого с детства готовили управленца и военачальника. Который это дело знает и любит. И который предан Гондору душой и телом, и способен Гондор защищать от любого врага. И испускают эти горе-претенденты на престол большой коллективный вздох облегчения, а лорд Салафтелион чуть в пляс не пускается – так он рад, что воевать ему ни с кем не придётся, а можно спокойно вернуться в свой замок изучать мхи и лишайники.
«Есть один вопрос!» - приподнимается с места Улорхал, - «Как Вас нынче титуловать прикажете? Ваше Замвеличество, или, может, Врио Короля?»
«А вот это незачем,» - морщится Мардил, - «Лорд наместник меня титуловать, как и прежде. Мне чужих титулов не надо.»
Вот таким образом, бескровно и цивилизованно сменилась в Гондоре династия королей – благодаря Мардилу, умному человеку, понимавшему, что главное – ехать, а не шашечки.
А вот почему короля не пошли звать с Севера – это совсем другая история, и я расскажу её немного попозже.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2010-12-06 06:29 am (UTC)no subject
Date: 2010-12-06 01:43 pm (UTC)no subject
Date: 2010-12-06 08:17 am (UTC)Here follows the roll of the Stewards of Gondor
that ruled the realm and city between the going of Earnur
and the coming of Elessar.
The Ruling Stewards of Gondor.
The names of these rulers are here added; for though the Hurinionath were not in the direct line of descent from Elendil, they were ultimately of royal origin, and had in any case kept their blood more pure than most other families in the later ages.
no subject
Date: 2010-12-06 01:37 pm (UTC)no subject
Date: 2010-12-06 08:41 am (UTC)no subject
Date: 2010-12-06 01:43 pm (UTC)Собственно вот и про тёрки.
Date: 2010-12-22 03:06 pm (UTC)no subject
Date: 2010-12-08 10:40 am (UTC)Но именно эта ситуация и приготовила в дальнейшем потомку Элендила ловушку в виде Денэтора II. "Мы, дом Хурин, есть реальная монархическая власть Гондорского королевства, освящённая бесчисленными веками. То, что нас титулуют по-особому - типа, наместник - это ещё одна великолепная традиция, лишь закрепляющая и освящающая нашу династию. А ты, батюшка, не царь, а вор и самозванец!"
no subject
Date: 2010-12-08 01:24 pm (UTC)Ну да, ну да.
Date: 2010-12-24 10:04 pm (UTC)--borisk